Eternita.
Я раньше не понимал, как можно не любить то место, в котором ты родился. Ты ведь в нем вырос, здесь формировался твой характер, интересы, первые знакомые и проч. Теперь я это понимаю. Я вернулся в Москву, город, который постепенно всё больше и больше ненавижу. Моё сердце осталось с тобой, в Петрозаводске. Даже нет. Скорее в Ладве. Я просто безума от того места, в котором был с тобой. За семь дней случилось столько. А, вроде, они все слились воедино. Я не могу сказать, что именно мне понравилось больше всего. Потому что всё это было с тобой. До сих пор помню, как чудесно и необычно было просыпаться с тобой рядом, убеждаться, прикасаясь, что это действительно ты. Живой, тёплый, настоящий, такой родной и близкий. Что я могу всего тебя трогать, гладить, даже целовать. И мне не нужно ничего, лишь бы иметь возможность делать это снова и снова. Я только в поезде понял, что мои легкие обиды на то, что ты стесняешься нас - это ерунда. Пора привыкнуть к тому, в какой стране мы живём. Это ведь не так важно. Важно то, что я могу делать, когда мы наедине. Как могу касаться тебя там, кому больше не дозволено. Если у тебя еще не до конца сошла метка на груди, то на ягодицах она еще более заметна. Моё, только моё... Это было самое незабываемое время. Которое ни с чем нельзя сравнить. И мы обязательно повторим его осенью, потому что до зимы я не выдержу столько ждать. У меня уже начался недостаток моего Карвена в крови. Потому что каждый раз, когда мы были так близки, у меня складывалось ощущение, что ты под моей кожей. А от воспоминаний о том, как ты сжимал пальцы на моей шее... пробиирает до дрожи. Как сдавливал с силой. В следующий раз я уговорю тебя сжать еще сильнее, чтобы ты не боялся. Но и сам ты не менее ненасытен, чем я. Возможно ли нам вообще насытиться друг другом? Я думаю, что нет. Никогда.

Мне было жутко жалко тратить время на сон. Поэтому тогда, когда мы с тобой, как безумные, ложились в пять - я ощущал себя самым счастливым человеком на свете. Нести всякую ерунду, шутить, слушать акцент Кевина... Это тоже невозможное удовольствие. Мне хотелось каждую ночь с тобой запечатлеть и прокручивать, прокручивать постоянно. А как мы просматривали фотографии Джека и Эндрю.

Боже. Как я хочу повторить всё.
Как я хочу снова ощущать себя дома. Потому что здесь мне до дикого неуютно и неприятно. На улицу я вообще боюсь выходить.

@темы: Больно, Данте